Прощание с Русской Течей
Русская Теча. Фото: panoramio.com

Русская Теча. Фото: panoramio.com

Самое старое поселение на территории Южного Урала под угрозой исчезновения

Русский период истории Челябинской области и всего Южного Урала начался не с крепостей и заводов, а с небольшого поселения, которое сегодня носит название Русская Теча. В июле этого года исполняется 333 года со дня его основания.

Крепость крестьян и казаков

Первое на территории современной Челябинской области русское поселение было основано в 1682 году крестьянином Иваном Синицыным на ясачной земле (Инородческие земли, обитатели которых платят ясак. — Примеч. РП.) тюменского татарина Емельцая Бурашева.

– Точную дату основания удалось установить благодаря материалам, сохранившимся в Шадринском архиве в делах фонда Далматова монастыря, — рассказывает корреспонденту РП историк Сергей Спицын. — В архивном «Деле о спорных землях башкир на сибирской стороне Урала» есть запись о том, что существует «Белоярская слобода над рекой Течью на Белом яру на степной стороне, а слободу срубил слободчик Катайского острогу крестьянин Иван Сергеев сын Синицын во 190 году по указу великих государей». 190-й год — это 7190 год от Сотворения мира, то есть 1682 год в современном летоисчислении. В сохранившихся документах также значится: «Под слободу и под пашни и под сенные покосы земли отведено по обе стороны Течи речки в длину на 10 верст, а поперек с тоже число».

Изначально слобода получила название Белоярской, затем ее стали называть Белоярско-Теченской, а потом осталась лишь вторая часть названия — по имени реки, на которой она расположилось. Свое современное название — Русская Теча — и статус села бывшая слобода получила в XIX веке.

А за век до этого Теченская слобода стала центром колонизации зауральских и башкирских земель, имела в регионе стратегическое значение и была широко известна за пределами Урала.

Историческая карта - село Русская Теча. Источник: uistoka.ru

Историческая карта — село Русская Теча. Источник: uistoka.ru

В 1735 году местные крестьяне снабжали хлебом и прочим продовольствием Оренбургскую экспедицию, построившую Оренбург и заложившую основы культурных связей России с государствами Средней Азии. В 1736–1737 годах слобода стала базой для строительства таких крепостей как Челябинская, Миасская, Чебаркульская и Еткульская. Первые жители этих крепостей, со временем ставших городами, происходили именно из Теченской слободы. В период башкирского восстания 1735–1740 годов здесь базировались военные части, участвовавшие в его подавлении.

– При этом сама слобода была относительно небольшой. По данным первой Генеральной ревизии, проведенной в 1719 году, в ней было 36 дворов, в которых проживала 201 душа мужского пола (Женщин и детей при проведении переписей в те годы учитывать было не принято. — Примеч. РП.) К 1741 году слобода выросла вдвое: в ней, по сообщениям местного воеводы Петра Бехметева, числилось уже 75 дворов, — продолжает рассказ Сергей Спицын. — Статус опорной базы дал мощный толчок к развитию Теченской слободы. Вокруг нее были возведены серьезные по тем временам укрепления: деревянный детинец — дом из бревен — с четырьмя проезжими башнями, крепостная стена длиной около 1,8 тыс. метров и высотой в 11 метров, охватывающая все жилые строения, ров перед ней, надолбы и рогатки. В распоряжении защитников имелись три пушки. Представить, как все это выглядело, достаточно легко: чуть меньшая по размерам крепость подробно описана в «Капитанской дочке». Теченская слобода точно так же, как Белогорская крепость из повести Пушкина, была позднее захвачена отрядами Емельяна Пугачева.

В 1737 году на Южном Урале была образована Исетская провинция. Небольшая Теченская слобода на короткий период стала административным ее центром. До 1743 года зимой в ней размещался воевода, заведовавший провинцией. Летом его штаб-квартирой были Челябинская или Миасская крепости.

Слобода быстро росла во многом благодаря тому, что здесь проживали государственные крестьяне, не знакомые с произволом помещиков. Кроме крестьян в слободу набирались беломестные казаки. Они должны были оборонять слободу от набегов, а взамен получали право обрабатывать землю и собирать урожай, не платя налогов государству. Жалованья они тоже не получали, но вполне привольно жили на самообеспечении. К началу XX века в Русской Тече насчитывалось почти 2,5 тыс. человек и 359 дворов. Село стало одним из самых крупных и богатых в регионе.

Церковь, что стерта с лица земли

Главной архитектурной достопримечательностью зажиточного села на протяжении двух веков его истории оставалась церковь — первая из построенных на территории современной Челябинской области.

– Первое исторически достоверное упоминание о наличии в Теченской слободе церкви относится к 1741 году. Однако, по всей вероятности, она была построена значительно раньше, на рубеже XVIII века, — рассказывает Сергей Спицын. — К началу XIX века деревянная церковь обветшала. Прихожане решили построить новую, каменную.

Автором проекта храма стал архитектор Круглышев. Храм был заложен в 1815 году, но достроен лишь 20 лет спустя — в 1835 году. А освящен как церковь Животворящего Креста Всемилостивого Спаса еще через 30 лет — в 1865 году.

– Столь медленные темпы строительства и оснащения Спасской церкви объясняются тем, что оно велось исключительно на добровольные пожертвования местных жителей, — поясняет Сергей Спицын. — Работа приглашенных мастеров (своих не было) стоила недешево. Каменщикам, к примеру, платили около 1,5 тыс. рублей в год — огромные по тем временам деньги. За одну только кладку печи был заплачен 131 рубль, а покупка колоколов обошлась в 400 рублей. Всего с 1815 по 1852 год крестьяне потратили на постройку и оборудование церкви с семью куполами, четырьмя колоннами, золоченым иконостасом из 37 икон и восьмью медными колоколами, один из которых весил более двух тонн, свыше 33 тыс. рублей. Чтобы было понятно, сколько это в пересчете на современные деньги, скажу, что добрую корову в те годы можно было купить за 3 рубля, а ведро водки стоило меньше рубля.

Известно, что в 1908 году первый священник церкви Животворящего Креста Всемилостивого Спаса получал ежемесячное жалованье в размере 144 рублей, диакон — в размере 108 рублей. Кружечный сбор, то есть добровольные пожертвования прихожан, за год составили 1,2 тыс. рублей, которые также были истрачены на нужды церковнослужителей. При этом все они получали также проценты с капитала, составленного из пожертвований на вечное поминовение и помещенного в Шадринский общественный банк. Еще один дополнительный доход священникам приносила сдача в аренду крестьянам принадлежащей притчу пахотной и сенокосной земли в размере 198 га.

Первый священник Спасской церкви проживал в собственном каменном доме, диакон — в деревянном. С 1803 по 1807 год диаконом Спасской церкви был Петр Пузырев. В своем доме он на собственные средства безвозмездно содержал школу для обучения крестьянских детей. В 1867 году его двор сгорел. Из описи погибшего в огне имущества точно известно, каким оно было. Сосновый дом на каменном фундаменте, с тремя комнатами, кухней и сенями оценили в 920 рублей серебром. Вместе с домом сгорели три амбара, каретный сарай, четыре хозяйственных сарая, три конюшни, два хлева и пятистенная баня.

– В 1931 году решением местного РИКа одна из самых богатых и известных в регионе церквей была закрыта, — говорит Сергей Спицын. — Председатель Бродокалмакского районного исполкома Гордеев сообщал, что недовольных таким решением не нашлось. В помещениях бывшей церкви разместили МТС — машинно-тракторную станцию. А в 1945 году обветшавшее от использования не по назначению здание было снесено. На его фундаменте построили Дом культуры и двухэтажный жилой дом. В большинстве уральских сел от церквей остались хотя бы полуразрушенные остовы, а здесь — ничего. Все документы первой на территории Челябинской области церкви сохранились, были собраны и изучены краеведом Николаем Антипиным.

Интересно, что Ильинскую церковь в соседнем селе Сугояке разрушить не смогли даже с помощью специально пригнанной стенобитной машины. Сугоятская церковь была построена по «вечной технологии» — цемент был замешан на яичных желтках. А Спасскую церковь удалось разрушить с легкостью: видно, подвели крестьян дорогие подрядчики, сэкономили.

За 30 лет до Чернобыля

Русская Теча не раз страдала от башкирских набегов, восстаний казаков, гражданских войн. Но самый сильный удар по селу был нанесен уже в XX веке, когда оно оказалось в центре экологической катастрофы.

– В 1948 году в Челябинской области в верхнем течении реки Теча был построен и запущен в эксплуатацию промышленный комплекс по производству плутония, получивший название промышленное объединение «Маяк», — рассказывает корреспонденту РП эколог Владимир Пантелеев. — До 1951 года все радиоактивные отходы «Маяка» сливались в Течу. При этом жители сел, расположенных ниже по течению, ничего об этом не знали, их просто-напросто не предупредили об опасности. Они продолжали брать воду из реки для питья, приготовления пищи, ели продукты, выросшие на зараженной земле.

Русская Теча. Фото: vk.com

Русская Теча. Фото: vk.com

Ситуация еще больше усугубилась в 1957 году, когда на «Маяке» взорвалась емкость с радиоактивным содержимым. В результате радиоактивные вещестав осели вокруг хранилища. За неделю после взрыва жители близлежащих деревень, одной из которых была Русская Теча, получили дозу облучения в 52 рентгена каждый. Для сравнения: ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС отправляли домой, после того как они за месяц набирали предельную дозу в 25 рентген, причем после этого многие из них стали инвалидами.

– Жителей десятков деревень, расположенных на радиоактивной реке Теча, переселили из зоны заражения еще в 50-х годах прошлого века, — продолжает Владимир Пантелеев. — Но четыре села, расположенных в непосредственной близости от «Маяка», по неизвестным причинам решили оставить, не эвакуировать. Местные жители убеждены, что им отвели роль подопытных кроликов, решив на их примере изучить последствия длительного облучения радиацией. Полагаю, у них есть все основания так думать.

Никакой помощи от государства пострадавшие жители Русской Течи не получали — советское правительство отказывалось признать, что у них развивается лучевая болезнь.

– Во времена СССР среди медиков было принято секретное обозначение для лучевой болезни, которой официально не существовало, — рассказывает корреспондент РП онколог Александр Манулов. — В медицинскую карточку тех, кто ею страдал, записывали диагноз «невралгический синдром». Только немногие посвященные, видя подобный диагноз, понимали, о чем идет речь. Так вот: никаких масштабных исследований, сколько жителей сел и деревень в верхнем течении реки Течи внезапно заболели «невралгическим синдромом» не проводилось. Специализированная медицинская помощь им не оказывалась. На всех уровнях заявляли о том, что ни одного случая лучевой болезни не зафиксировано, и нет ни малейшей связи между облучением и резким ростом онкологических заболеваний, врожденных аномалий и детской смертности.

Лишь в 1989 году, после начала перестройки, власти СССР впервые публично признали, что на реке Тече 30 лет назад случилась сопоставимая по масштабу с чернобыльской радиационная катастрофа.

– О том, что случилось у нас в 50-х годах, мы узнали лишь после Чернобыля, — рассказывает корреспонденту РП бывшая жительница села Русская Теча Татьяна Севастьянова. — До этого мы никак не могли понять, что происходит. Мама, а она родом из соседнего села Мюслимово, рассказывала, что в начале пятидесятых всем вдруг запретили даже приближаться к реке. Весь берег обнесли колючей проволокой, поставили охранять заграждения милиционеров с автоматами. В Русской Тече ограждений не было, но в те же годы в село вдруг неожиданно провели водопровод. Никто не понимал, с чего вдруг такая радость. Но водой течанам пользоваться не запретили, все продолжали поливать ей огороды, купались в речке. Только когда стало известно, что сделал со всеми нами «Маяк», я поняла, почему мои мать и отец умерли от рака. Я, выйдя замуж, уехала жить в Тюмень, но как видно поздно — у обоих моих сыновей врожденные генетические отклонения печени. Умершие от рака есть в каждой семье жителей Русской Течи.

По словам Владимира Пантелеева до сих пор нет никакой статистики, сколько человек пострадало в результате работы «Маяка». При этом предприятие продолжало сбрасывать радиоактивные вещества вплоть до 2005 года. Местные жители за годы проживания на загрязненной территории накопили запредельные дозы облучения.

– И сегодня жители Русской Течи продолжают ловить рыбу в радиоактивной речке, у многих к ней выходят огороды, а домашний скот ходит в Тесу на водопой, — возмущается эколог. — В результате 70% коров в Русской Тече страдают лейкемией. Ограждения, поставленные в пятидесятых годах вдоль берегов, разрушены или разобраны. Внешнее облучение на берегу реки составляет около 700 микрорентген в час при норме до 20 микрорентген. А в иле Течи такая концентрация цезия-137, что по сути, это уже не ил, а радиоактивные отходы.

Если жителям села Русская Теча повезет, то Росатом включит их финансируемую им программу переселения. И на этом история первого на Южном Урале русского села закончится. 

«В роддоме даже не извинились» Далее в рубрике «В роддоме даже не извинились»Почему жительнице Челябинска пришлось рожать перед закрытым шлагбаумом медицинского учреждения

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»